Сообщения пресс-службы

Интервью Посла России в Казахстане А.Н.Бородавкина МИА «Россия Сегодня», 2 декабря 2022 г.

05 декабря, 2022

Видео интервью доступно по ссылке:

https://ru.sputnik.kz/20221202/gazovyy-soyuz-polozhenie-russkogo-yazyka-vizit-tokaeva-videointervyu-posla-rf-v-kazakhstane-29972000.html

К.Вышинский: Алексей Николаевич, добрый день! И спасибо большое, что нашли время для этого разговора!

Алексей Николаевич, Вы – Посол Российской Федерации в Казахстане. Вы здесь оказались, в том числе, и потому, что Касым-Жомарт Токаев свой первый визит после избрания совершил в Москву. Скажите, пожалуйста, а что это означает на языке международной дипломатии?

А.Н.Бородавкин: После переизбрания на пост главы государства, конечно, Россия в качестве страны, в которую Токаевым осуществлен первый визит в качестве переизбранного Президента – это не случайность, это, естественно, знаковое, особое событие. И руководствовались наши казахстанские коллеги, друзья в этом случае тем, что Россия для Казахстана – это ближайший союзник, интеграционный партнер, великая держава. И поэтому выбор как раз и пал на Москву. Но я не могу сказать, что это нечто из ряда вон выходящее, потому что визиты обоюдны. И визит Токаева в Москву, и вот недавно, в октябре, состоялся визит Путина в Астану для участия сразу в трех саммитах – СНГ, СВМДА и «Центральная Азия + Россия». Повторяю, эти визиты – это не нечто особенное, они проходят регулярно. В этом году, по-моему, наши президенты уже встречались раз семь, а то может быть и восемь, и будет еще один, как минимум, повод для того, чтобы им поговорить откровенно, доверительно – традиционный саммит, неофициальный, неформальный саммит президентов государств-участников СНГ, который состоится в Петербурге в декабре.

Но есть еще одна примечательная характеристика общения между нашими президентами. Вы знаете, они – люди одного поколения. У них, по-моему, очень близкие понимания (если можно так сказать) обстановки в мире, в регионе, на пространстве СНГ. Они придерживаются очень близких взглядов на жизнь, на другие обстоятельства. И поэтому каждая их встреча – это очень доверительный, дружеский, содержательный разговор, который продолжается много часов. В этот раз он продолжался три часа. Им интересно друг с другом, по-моему. Это дополнительная, очень позитивная черта их общения.

К.Вышинский: Алексей Николаевич, понятно, что в международной дипломатии, особенно на таком уровне, очень важен символизм – первая встреча, первый визит в нашу страну фактически сразу после инаугурации. И тем не менее, а что в активе российско-казахстанских отношений в это достаточно непростое время? Что можно сказать об этом?

А.Н.Бородавкин: Да, время непростое, и для России в первую очередь. И, наверное, для нас сейчас особенно важна безопасность. Безопасность нашего государства, в первую очередь военное измерение этой безопасности. И, конечно же, важно, чтобы на наших южных рубежах (а граница с Казахстаном – это семь с половиной тысяч километров)…

К.Вышинский: Самая протяженная.

А.Н.Бородавкин: Самая протяженная в мире сухопутная граница. И нельзя не отметить с самым глубоким удовлетворением (как раньше говорили), что это граница мира, дружбы, она открытая, и никаких существенных рисков и угроз мы на этой границе не ощущаем. Ни Казахстан, естественно, ни Россия. И хочу подчеркнуть, что, будучи союзником, Казахстан, в первую очередь, заботится о том, чтобы такие риски и угрозы не возникли. Приведу несколько примеров.

Во-первых, США уже несколько лет тому назад требовали от Казахстана, чтобы им было предоставлено право пролета боевой – подчеркну – авиации в воздушном пространстве Казахстана. Что это означало бы? Что в небе Казахстана появились бы американские бомбардировщики, штурмовики, истребители, разведывательная авиация, и так далее…

К.Вышинский: Не исключено, что с ядерным оружием на борту.

А.Н.Бородавкин: Проверить это было бы невозможно. Но то, что в люках бомбардировщиков могли оказаться ракеты «воздух-земля» с достаточно большим радиусом действия, это предполагается. И это бы создало для нас, для наших стратегических наступательных вооружений очень большую угрозу, риск. Я бы даже сказал, что у США возник бы потенциал первого обезоруживающего удара по нашим ракетам стратегического назначения. Этого не произошло, потому что Казахстан самым резким, жестким образом отреагировал на это отказом.

Другой пример: после того, как американцы позорно бежали из Афганистана, они стали требовать от Казахстана и от других государств Центральной Азии размещения на их территориях военной и разведывательной инфраструктуры для того, чтобы, как они говорили, наносить по террористам загоризонтные удары. Но загоризонтные удары можно было бы (если бы эта инфраструктура появилась) наносить и на юг, и на север. И вся та же самая ситуация, о которой я говорил…

К.Вышинский: Очередная угроза могла бы быть.

А.Н.Бородавкин: Да, конечно. Но они опять получили отказ. Жесткий, однозначный отказ.

В прежние годы Казахстан, как, впрочем, и Россия, сотрудничал с НАТО, и НАТО проводило вместе с казахстанскими вооруженными силами на территории Казахстана военные учения под названием «Степной орел». Речь там шла о подготовке миротворцев для службы в миротворческих силах ООН. Но на самом деле, как наши казахстанские друзья убедились, цели были несколько иные. И после нашего обращения Казахстан отказался от проведения этих учений на своей территории. Больше «Степной орел» в Казахстане не летает (если можно так сказать), и летать не будет.

Могу к этому добавить, что Казахстан больше не сотрудничает с США по вопросам биобезопасности.

К.Вышинский: То есть это касается тех самых всевозможных лабораторий, которые размещались по периметру наших границ в Грузии и Украине?

А.Н.Бородавкин: Да, такое сотрудничество между США и Казахстаном прекращено. Казахстан прикрыл все лазейки для того, чтобы не допустить продажи вооружений и военной техники, которыми он располагает, через «прокладки» и посреднические компании на Украину. По указанию Президента К.К.Токаева наложен мораторий на экспорт ВВТ из Казахстана. И за этим казахстанские власти очень тщательно и строго следят.

При этом хочу сказать, что Казахстан – активный приверженец сотрудничества в рамках ОДКБ. Никаких размышлений о том, чтобы выйти из ОДКБ, нет. Это все просто фальшивки, которые наши враги и недоброжелатели вбрасывают специально, чтобы раскачать ситуацию и посеять рознь. Но на самом деле Казахстан очень активно ведет себя в ОДКБ по вопросам подготовки миротворцев в рамках этой организации, по вопросам биобезопасности (это новая тема, которая теперь входит в мандат ОДКБ), по борьбе с терроризмом, по обеспечению информационной безопасности и так далее.

Неслучайно на пост Генерального секретаря ОДКБ буквально недавно назначен по представлению Казахстана гражданин Казахстана Имангали Нургалиевич Тасмагамбетов. Это бывший Премьер-Министр Казахстана, бывший Министр обороны Казахстана, бывший Посол Казахстана в России. Вот такой послужной список у этого политического государственного деятеля.

К.Вышинский: Авторитетная фигура.

А.Н.Бородавкин: Да, это авторитетная, энергичная фигура. Его в Казахстане очень хорошо знают, как человека очень активного, целеустремленного и, что называется, результативного администратора и управленца.

К этому могу добавить еще и то, что наши спецслужбы сотрудничают очень тесно, пограничники тоже. Успешно развивается военно-техническое сотрудничество между Россией и Казахстаном. Причем какие-то производства в Казахстане входят в цепочки создания вооружений и военной техники, которые потом используются как Казахстаном, так и Российской Федерацией.

Можно продолжать, но я на ключевом вопросе сосредоточил для начала внимание, потому что это действительно очень важно для нас – обеспечение военной безопасности.

К.Вышинский: Алексей Николаевич, без сомнения, безопасность сегодня – первоочередная задача, и тема очень деликатная, поэтому она осталась как бы за кулисами встречи двух президентов. Но больше говорили об экономике, и говорили о газе. Со ссылкой на пресс-службу Токаева прозвучала фраза о том, что Казахстан, Россия и, возможно, Узбекистан, прорабатывают проект создания газового союза. Повторяю, это формулировка пресс-службы Токаева. А как возникла такая идея? В чем ее основа? И как долго или как быстро может быть проработан этот проект?

А.Н.Бородавкин: Дело в том, что некоторое время тому назад Казахстан обратился к России по вопросу снабжения северо-западных и северо-восточных районов Казахстана газом из России. Притом, что в Казахстане есть свой газ, но тянуть трубы с юга и запада далеко. Этот вопрос рассматривается «Газпромом», шли интенсивные переговоры, но он опять возник со стороны казахстанских друзей в ходе переговоров между Токаевым и Путиным 28 ноября в Москве. И Владимир Владимирович сказал примерно следующее: Узбекистан тоже просит наш газ, так не стоит ли попробовать поработать над этим проектом на троих, сама география это подсказывает.

К.Вышинский: Ну и вообще, советская инфраструктура, которая была создана…

А.Н.Бородавкин: Совершенно верно. Хотя, в общем, инфраструктура советская, ее нужно и обновлять, и тянуть новые трубы, и так далее. И с этой логикой Касым-Жомарт Кемелевич в принципе согласился. Но логика логикой, идея отличная, а вот как дальше будет продолжаться этот проект, я думаю, будет зависеть от многих факторов. В первую очередь, от согласия Ташкента. А кроме того, надо будет проработать экономику проекта – куда и какие трубы тянуть, сколько будет стоить газ, и так далее. Если наши узбекские друзья согласятся с этой идеей, то предстоят переговоры, которые будет вести с нашей стороны, как я понимаю, российское правительство и «Газпром».

Но я хотел бы еще подчеркнуть, что этот проект имеет еще и политический контекст, политический, если можно так сказать, подтекст. Мы наблюдаем, что в регионе Центральной Азии, несмотря на все сложности и даже конфликты (в некоторых местах даже постреливают, как известно, к сожалению), тем не менее происходит процесс консолидации. Консолидация – это хорошо, главное, чтобы не было обособления, в том числе от России, в первую очередь. Я думаю, что этот проект с политической точки зрения важен именно под этим углом.

К.Вышинский: Понятно, что газ – это наверняка не единственная сфера нашего экономического сотрудничества. И сейчас оно точно переживает, наверное, не лучшие времена с учетом санкционного давления. По крайней мере, мы внимательно следим за тем, что происходит в финансовой сфере. И вот последняя информация о том, что есть проблемы с картами «МИР» на постсоветском пространстве. Как вообще эта проблема видится в Казахстане, как там обстоят дела с этим?

А.Н.Бородавкин: Конечно, санкции мешают. Они жизнь не облегчают нам, и наши взаимоотношения в экономической сфере от этого не улучшаются. Но, как в пословице говорится, собака лает – караван идет. Мы с Казахстаном по-прежнему остаемся интеграционными партнерами, наши связи углубляются. Если говорить о торговле, то в 2021 году объем нашей взаимной торговли составил 25 млрд долларов США. А в этом году она еще вырастет и нового рекорда достигнет, видимо, где-то в районе 27 млрд долларов США.

Причем, как известно, Казахстан, как и Россия, во многом зависит от экспорта энергоносителей. И хочу подчеркнуть, что 80% нефти, которую экспортирует Казахстан, проходит через Каспийский трубопроводный консорциум по территории Российской Федерации на Новороссийск. Несколько раз в этом году он останавливался, приостанавливался, работал частично по объективным причинам. Были экологические проблемы. Там вдруг появились недалеко от Новороссийска старые мины еще со времен Второй мировой войны, которые надо было обезвредить. Сейчас труба заработала на полную мощность, то есть в районе 67 млн тонн в год. А вообще ее мощность, как сообщается из администрации КТК, может быть доведена до 72,5 млн тонн в год. То есть, впечатляющий результат.

Что касается инвестиций (это другой важный показатель), у нас официальные показатели уровня такие: 19,7 млрд долларов США накопленных российских инвестиций в Казахстане и 5,2 млрд долларов США – казахстанских в России. Поскольку экономики по объемам своим несколько разные, поэтому такие разные цифры, они не совпадают по объемам. Но я хочу сказать, что только в 2021 году мы дополнительно уже вложили 2 млрд долларов США в Казахстан, и в этом году около 900 млн долларов США пошло в Казахстан.

Но еще раз хочу сказать: статистика – это вещь очень лукавая. Потому что эта статистика считает только инвестиции из российской юрисдикции в казахстанскую юрисдикцию и наоборот. Но ведь есть офшоры, через которые проходят огромные деньги – деньги российские, которые идут в Казахстан, и деньги казахстанские, которые идут в Россию. Ведь до недавнего времени самым большим инвестором в Россию и в Казахстан были Нидерланды. Все понятно, как это все происходило. Так вот мы попытались посчитать не «юрисдикция в юрисдикцию», а сколько вложили компании и банки в Казахстан за это время. Вы знаете, получилась совсем другая цифра. У нас вышло более 45 млрд долларов США.

К.Вышинский: При внимательно рассмотрении.

А.Н.Бородавкин: При внимательном рассмотрении, именно так. Причем Президент Казахстана, будучи в Москве 28 ноября, встречался с российским бизнесом. И представители наших компаний, которые участвовали во встрече, обозначали свои планы по капиталовложениям в Казахстан. Только «Лукойл» в ближайшее время вложит 10 млрд долларов США для освоения новых месторождений.

К.Вышинский: Для Казахстана это серьезная цифра.

А.Н.Бородавкин: Да, конечно! Причем я хочу подчеркнуть, что если западники в основном вкладывают в казахстанскую энергетику, то есть в добычу нефти, отчасти – газа, то у нас капиталовложения диверсифицированы. Это и машиностроение, и переработка полезных ископаемых. Я приведу только некоторые примеры флагманов в этом отношении: «Росатом», «Полиметалл», «Русская медная компания», «Еврохим», «Хевел» (это компания, которая изготавливает и устанавливает солнечные батареи), «Фармстандарт», «АВТОВАЗ», «ГАЗ», «КАМАЗ», «Ростсельмаш», «Петербургский тракторный завод».

К.Вышинский: В общем, весь реальный сектор экономики, по сути.

А.Н.Бородавкин: Да! «Татнефть» будет строить заводы по переработке газа, бутадиена, полиэтилена. И так далее, и так далее... «Росатом» добивается контракта на строительство АЭС. Космос! Мы по-прежнему используем Байконур для запуска пилотируемых кораблей на МКС и работаем над тем, чтобы реализовать проект «Байтерек», который предусматривает с нашей стороны создание нового носителя, а с казахстанской стороны – модернизацию старта для этого носителя. И мы будем оттуда осуществлять коммерческие старты.

Но Вы поймите, что это не только в одну сторону, это дорога с двусторонним движением. И самый показательный, флагманский проект Казахстана в России – это Баимское медное месторождение на Чукотке. Ориентировочная стоимость казахстанских капиталовложений – 8 млрд долларов США. Причем для того, чтобы запитать это месторождение электроэнергией, казахстанцы заказали у «Росатома» плавучую атомную электростанцию.

К.Вышинский: То есть это большой фронт работы.

А.Н.Бородавкин: Абсолютно! И, я должен сказать, что это я упомянул флагманов нашего бизнеса. Но если говорить о малом и среднем бизнесе, то таких совместных предприятий у нас работает больше трех с половиной тысяч. Вы упомянули о санкциях…

К.Вышинский: Вот я только хотел сказать, что не слишком ли благостная картина получается?

А.Н.Бородавкин: Нет, я несколько омрачу. К сожалению, не обошлось без потерь, конечно же. И в первую очередь, в финансово-банковском секторе. Потому что западные санкции, которые фактически заблокировали расчеты в долларах и рублях для российских банков, ударили и по представленности наших банков в Казахстане. Им пришлось уйти с этого рынка.

К.Вышинский: Кому пришлось уйти?

А.Н.Бородавкин: «Сбербанку» и «Альфа-Банку». «ВТБ» остался, но работает он только в паре «рубли-тенге». Но и здесь я могу сказать, что казахстанские партнеры повели себя очень достойно и честно. Ни «Сбербанк», ни «Альфа-Банк» не потеряли деньги, остались при своих, и свой бизнес в Казахстане, правда, продали. В целом это неприятно, нехорошо, но имеем то, что имеем.

Вы упомянули о карте «МИР». И должен сказать, что ряд казахстанских банков второго уровня опасаются работать с картой «МИР». Не все, но ряд опасается. Почему? Потому что боятся тех же самых вторичных санкций. У них большой бизнес с Западом, относительно большой, и они боятся его потерять. То же самое происходит, и с определенными сбоями… Мы же сделали систему информации о банковских переводах, аналог SWIFT, но для себя. И несмотря на то, что дана рекомендация банкам Казахстана пользоваться этой системой, но не все банки второго уровня на это идут, опять же опасаясь санкций. Есть проблемы, есть вопросы. Но, опять же, на встрече российского бизнеса с Президентом Казахстана Токаевым 28 ноября вопросы по расчетам не поднимались. Значит нашел наш бизнес ходы, как это делать. Это во-первых. А во-вторых, я должен сказать, что около 70% наших расчетов уже проходит в национальных валютах – в рублях и тенге.

К.Вышинский: То есть, в любом случае, с рублями люди чувствуют себя в Казахстане комфортно.

А.Н.Бородавкин: Да, вполне.

К.Вышинский: Алексей Николаевич, давайте вернемся к политике. И до январских событий в Казахстане, и, естественно, после них мы все в России с таким достаточно тревожным вниманием наблюдаем за политическим и социальным ландшафтом в Казахстане. Насколько на этом поле серьезны националистически-радикальные настроения, какие-то радикалистские силы? Особенно это важно, как мне кажется, для нашего понимания предвыборной ситуации, ведь весной в Казахстане будут парламентские выборы. Да и вообще, так сказать, любая предвыборная ситуация на постсоветском пространстве – это такое время турбулентности.

А.Н.Бородавкин: Да, безусловно, то, что Вы сказали, соответствует действительности. И я хочу сказать, что Казахстан – это состоявшееся государство. И должен прямо сказать, что такого качества, таким статусом не так уж много государств в мире могут похвастаться. В Казахстане сложилась система государственного управления, все государственные демократические институты, гражданское общество, и так далее. Понятно, что январская попытка госпереворота потрясла казахстанское общество. И казахстанцы признательны за то, что им была оказана очень быстрая и эффективная помощь по линии ОДКБ. Ввод миротворческого контингента помог быстро навести в стране порядок.

После случившегося в Казахстане произошла масштабная перестановка в руководстве Казахстана. Произведены аресты ряда руководителей верхнего и среднего звена, и сейчас, как раз в эти дни, идет суд над экс-председателем Комитета национальной безопасности Масимовым и несколькими его заместителями. Под следствием находится бывший министр обороны Казахстана. Весьма активизировалась борьба с коррупцией, причем виновные, невзирая на семейные связи, получают за мошенничество, коррупцию, рэкет реальные сроки.

Одновременно Президент Токаев инициировал политическую реформу в стране. Путем референдума внесены изменения в Конституцию страны. Смысл этих изменений состоит в том, чтобы Казахстан перешел к более совершенной, современной модели государственного управления, которая бы предусматривала большее участие самого народа через его представителей в Сенате, Мажилисе, маслихатах (это региональные местные органы управления), наделение этих органов бóльшими полномочиями. Если коротко говорить, то Президент сформулировал эту идею, эту цель как построение Справедливого Казахстана, в котором был бы сильный Президент, влиятельный Парламент и подотчетное Правительство.

Впереди парламентские выборы, и они состоятся до середины следующего года (разговор идет о марте-апреле). Они будут проходить в новых условиях. Конституция изменена, предусматривается появление новых партий, процедура их создания облегчена. Будет больше депутатов-одномандатников. Одна из партий – партия «зеленых» – уже создана на днях, зарегистрирована в Минюсте. То есть реформы эти продолжаются, и я думаю, что они будут проходить последовательно, шаг за шагом, и, надеюсь, сбалансировано, чтобы не раскачать ситуацию в стране на всем протяжении каденции Президента Токаева. А у него впереди семь лет, до 2029 года.

С сожалением могу констатировать, и не только констатировать, но и выразить озабоченность по поводу того, что радикальные националистические тенденции просматриваются в Казахстане все более и более явственно. Интернет наполняется видеосюжетами, в которых радикальные националисты выступают с совершенно неприемлемыми радикальными требованиями, лозунгами и так далее, причем это русофобские лозунги. Но хочу подчеркнуть, что после выборов власть в Казахстане конечно же почувствовала себя гораздо более уверенно, потому что Президент победил с результатом 82% за него, и это сильный мандат. И в своей инаугурационной речи Президент Токаев сказал следующее: «Провокации, сеющие раздор в обществе, подрывающие единство народа и в конечном счете направленные против нашего государства, будут жестко пресекаться». Конец цитаты. Я повторяю, что с сильным мандатом, который есть у Президента теперь, эти жесткие меры по пресечению всякого рода экстремистских националистических выступлений будут осуществляться. Если нас попросят об этом, мы поможем.

К.Вышинский: Алексей Николаевич, мы часто видели на постсоветском пространстве случаи, когда радикальные националисты в различных бывших советских республиках подогревались извне. Существует ли в Казахстане опасность попыток дестабилизировать внутреннюю ситуацию извне?

А.Н.Бородавкин: Конечно же! Коллективный Запад стремится превратить Казахстан (как он уже сделал это с Украиной) в анти-Россию, посеять хаос в Казахстане для того, чтобы он перекинулся на нашу территорию или просто затруднил развитие наших отношений. Старается вбить клин между Россией и Казахстаном, между нашими государствами и народами для того, чтобы просто-напросто изолировать Россию. Это их задача, они перед собой ее поставили.

Но я думаю, что и руководство, и народ Казахстана на эти провокации поддаваться не будет, а с учетом опыта января несколько раз еще более тщательно, вдумчиво и жестко будут реагировать на попытки вмешательства во внутренние дела Казахстана. Я должен сказать, что, во-первых, этим занимаются наши спецслужбы, которые очень тесно координируют свои действия и сотрудничают между собой. Что касается внешней политики, то это функция МИДа, мы тут тоже помогаем и делаем то, что нам положено.

Есть еще одна сторона этой медали: СМИ, гуманитарка, общение между людьми, и так далее, и так далее. Я готов буду рассказать и об этом.

К.Вышинский: С удовольствием! О культуре и образовании всегда интересно и любопытно слушать. Тем более, что у нас есть главное: есть русский язык, который связывает людей и стирает границы – границы в понимании в первую очередь. Что в этой сфере происходит в наших отношениях?

А.Н.Бородавкин: Вы знаете, я опять же с большим удовлетворением, как говорится, и с надеждой воспринимаю то, что говорят наши деятели культуры относительно того, что наконец осуществляется разворот с запада на восток. И число культурных мероприятий будет расти. Наше культурное присутствие в Казахстане будет еще более явственно чувствоваться. Это и гастроли, и выступления отдельных артистов, и целых творческих коллективов, выставки и так далее. Вместе мы будем развивать молодежные контакты, их будет больше. Я надеюсь, что у нас будет более результативный и плотный контакт в работе казахстанских и российских СМИ. И это вселяет большие надежды.

К.Вышинский: Интерес к русскому языку растет в Казахстане?

А.Н.Бородавкин: Что касается образования вообще: во-первых, в российских ВУЗах обучается 65-66 тысяч казахстанских студентов. Это самое большое число. Причем не только на гранты, не только на стипендии, но и после обычного поступления в российские ВУЗы, за счет нашего бюджета и на коммерческой основе. Это самая большая цифра.

Во-вторых, в Казахстане (опять же по инициативе Токаева) только в этом году открылись два новых российских ВУЗа: МИФИ и Губкинский университет нефтехимии.

20 лет работает в Казахстане филиал МГУ. В этом году казахстанское Правительство подарило ему новое здание.

К.Вышинский: Щедрый подарок!

А.Н.Бородавкин: Щедрый подарок, да. Здание бывшего Министерства сельского хозяйства Казахстана, просторные помещения. В планах МГУ – расширить число факультетов и создать при филиале МГУ физико-математическую школу.

В планах на будущий год – открыть филиал Бауманки в Алма-Ате. Новосибирцы хотят открываться тоже. Ну и целый ряд других наших университетов заинтересовались теми возможностями, которые открывает политика Казахстана по привлечению в страну российских ВУЗов, прежде всего – технического профиля. Как сказал Токаев, «у нас достаточно экономистов и юристов, нам нужны инженеры». И вот как раз связка МИФИ и «Росатома», и перспектива строительства АЭС в Казахстане здесь представлена.

К.Вышинский: Дальновидная позиция!

А.Н.Бородавкин: Стараемся. Да, насчет русского языка. Политика Казахстана по поводу русского языка следующая. Каждый казахстанец должен стоять на двух ногах: один государственный язык – казахский, другой – русский – официальный язык, который предусмотрен Конституцией Казахстана. Менять это никто не собирается. Укреплять такую постановку вопроса (о двух ногах, как сказал Президент Токаев) казахстанцы будут. Причем конечно же речь идет о том, чтобы казахстанцы говорили на этих двух языках – и на казахском, и на русском. Это не значит умалить значение русского языка, это значит, чтобы каждый гражданин Казахстана говорил на родном языке – на казахском языке. Эти две ноги будут шагать как нужно, в унисон, я надеюсь.

Свидетельство, пример того, какое значение придается русскому языку, какую роль он играет в казахстанском обществе: половина инаугурационной речи Токаева прозвучала на русском языке.

К.Вышинский: Это очень сильный жест.

А.Н.Бородавкин: И это не первый раз. Почти всегда в ходе официальных выступлений представителей Казахстана на таких мероприятиях звучит русская речь.

Еще одно свидетельство того, что казахстанцы придают без преувеличения огромное значение русскому языку и хотят его продвигать – это инициатива того же Токаева, выдвинутая в прошлом году 28 декабря на неформальном саммите государств СНГ в Петербурге о том, чтобы создать в рамках СНГ организацию по продвижению русского языка. На саммите СНГ 14 октября этого года в Астане концепция такой организации принята. И надеюсь, что государства-участники СНГ и секретариат приложат все усилия, чтобы эта концепция обросла содержанием, уставом, направлениями работы будущей организации, секретариатом, который, наверное, будет в Петербурге, каким образом она будет финансироваться, и так далее. Вот что я могу сказать по русскому языку.

К.Вышинский: Алексей Николаевич, спасибо Вам большое за такой подробный и развернутый рассказ. И, если позволите, в конце задам почти личный вопрос. Насколько высок авторитет нашего Посольства в Казахстане? Не чувствует ли себя наше Посольство в нынешней ситуации в окружении посольств, дипломатов недружественных государств какой-то осажденной крепостью? Или может быть не очень комфортно? Насколько тесная связь с руководством Казахстана?

А.Н.Бородавкин: Я своим коллегам, когда они задают мне аналогичные вопросы в Министерстве, говорю, что я, наверное, нахожусь в привилегированном положении. Потому что никакого отчуждения я не чувствую, у меня есть 24/7 связь с необходимыми для работы руководителями Казахстана, всегда нахожу отклик на звонки, сообщения – они ко мне тоже обращаются, если это требуется. Это и Администрация Президента, это и Правительство, это и отдельные министерства и ведомства, и Мажилис, и Сенат, и акимы (это мэры и губернаторы). Бывает иногда, что не дозвонишься, но это редкий случай – всегда потом перезванивают.

К.Вышинский: Это хороший знак.

А.Н.Бородавкин: Да, конечно. Но работа Посольства – это не только работа с официальными представителями того или иного государства. У нас отличные отношения с гражданским обществом, есть связи с НКО, с творческой интеллигенцией и, разумеется, со СМИ. Так что весь спектр стараемся охватить. Приоткрою небольшую тайну: после того, как российским руководством принято решение больше внимания уделять СНГ, смотреть на восток, а не на запад, мы надеемся на существенное кадровое укрепление Посольства и, таким образом, еще более эффективно работать на всех этих треках, которые я упомянул.

К.Вышинский: Алексей Николаевич, спасибо Вам большое за такой подробный, развернутый и открытый разговор.

А.Н.Бородавкин: Говорим то, о чем другие молчат.

К.Вышинский: Да, это наш лозунг. Похоже и Ваш.

А.Н.Бородавкин: Я очень рад что совпало!

К.Вышинский: Спасибо большое!

А.Н.Бородавкин: Спасибо!